ВЕЛЕСОВА СЛОБОДА

 

22 тезиса к вопросу о расизме


Хольгер Шлейп


''Во ржи'' | Фото: Сергей Воронин

доктор медицинских наук


Данные тезисы не служат созданию образа врага. Наоборот они должны помочь переосмыслить образ врага и дать возможность состояться диалогу, в первую очередь между людьми, которые причисляют себя к антирасистам и теми, кого по праву называют расистами.


1

Понятие «расизм» имеет негативное значение, являясь по определению чем-то неправильным или скверным, или даже и тем и другим одновременно. Такое определение расизма позволяет выделить из общества настоящих и мнимых расистов. Но оно препятствует критическому рассмотрению феноменов и людей, которых считают расистами.


2

Поэтому, не осуждая расизм a priori, я определяю его как чувствование,  мышление и действия, в которых раса (или то, что под этим принято понимать) играет центральную или, по крайней мере, важную роль.


3

При этом «расы» (заведомо неточно) определяют как общность особей, занятую воспроизведением себе подобных (в современном немецком языке: генные пулы [Genpools]). В биологической систематике такие общности находятся между семьями, которые почти в каждом новом поколении смешиваются заново и видами, которые практически не смешиваются друг с другом, и к тому же отличаются друг от друга по внешним признакам.


4

Многие антирасисты вообще не приемлют понятие «раса» («Рас нет, есть только расизм». Фолькер Зоммер [Volker Sommer]). В обход понятию расы «расизм» можно также определить как биологический «группизм» (как это делает Курт Вилирих [Kurt Wilirich]). Понятие группы в этом случае практически полностью совпадает с нашим определением расы. Численность такой готовой к самовоспроизведению биологической группы меньше, чем вид homo sapiens, но больше, чем каждая отдельно взятая человеческая семья; продолжительность жизни группы превосходит продолжительность жизни семьи.


5

Значение слова «расизм» легче всего понять, сравнив его с многочисленными «группизмами», которые так или иначе обращены к понятию индивидуума. При этом рассматривается не сам индивидуум со всем присущим ему набором свойств и качеств, а его принадлежность к той или иной группе.


6

Еще одно понятие из разряда группизмов, сравнимое с расизмом, – специецизм (от лат. spezies – порода, вид, род; ср. англ. speciesism – видовая дискриминация, когда один вид, как правило, человек, нарушает права других видов). Термин введен активистом движения охраны животных Ричардом Райдером [Richard Ryder], он подразумевает любой тип мироощущения, способ мышления и образ действия, в центре которого находится принадлежность особи к определенному виду, роду или породе. При этом упор делается на «человеческое достоинство» и «права человека», которыми мы наделяем наших собратьев по роду, виду, породе. Особей, которые не являются родственными нам, мы – в соответствии с представлениями Ричарда Райдера – ни «человеческим достоинством», ни «правами человека» наделить не можем. Иными словами, подопытные кролики не обладают правами человека, потому что они не люди. Типичной для специецизма является идея о божественной природе человека. В ней берет свое начало целый ряд правил речевого этикета, в соответствии с которыми наши хорошие поступки, достойные похвалы, попадают в категорию «человечных», а плохие – в категорию «бесчеловечных», «зверских», «чудовищных», «монструозных». При рассмотрении индивидуума специецизм избирателен: он обращает внимание не на те свойства, которые присущи лишь данному конкретному индивидууму, но на те из них, которые присущи индивидууму как представителю вида, породы или рода. Таким образом, специецизм признает исключительные права за человеком, категорически отрицая при этом какой бы то ни было этический статус за другими видами. Специецизм провозглашает примат духовного начала в человеке: «Человек – имеет душу, животное нет». Вот почему людям не позволено уничтожать себе подобных (этот запрет распространяется на новорожденных и умственно отсталых представителей человеческой породы), в то же время шимпанзе, интеллектуальные способности которых превосходят последних, позволено гибнуть от руки человека.


7

Еще один тип группизма, который мы можем поставить в один ряд с расизмом – это широко распространенный тип мироощущения, мышления и образа действия, в центре которого оказываются семейные узы. На ум приходит несколько неуклюжий неологизм «фамилизм», которым мы с позволения читателя воспользуемся. Проявлением «фамилизма» можно считать, например, застенчивость маленьких детей, ожидание супружеской верности, право роженицы на «свою собственную плоть и кровь», право наследования. Забавно наблюдать, как антирасисты, которые при обсуждении проблем иммиграции с горячностью отвергают принцип «единой крови», замолкают, стоит заговорить о необходимости соблюдения принципа происхождения в родильных домах, или о том, что ребенку после смерти родителей автоматически причитается определенная часть наследства, т.н. «обязательная доля».


8

Фамилизм, расизм и специецизм имеют схожую структуру, хотя степень их родства сильно разнится. Она зависит от того, к какой из групп – своей или чужой – принадлежит индивид. И застенчивость маленького ребенка (фамилизм), и «Иностранцы вон» возмущенного молодого мужчины традиционной сексуальной ориентации, которому не нравится чужой цвет кожи (расизм), и «Животные – это не люди» правозащитника, жующего шницель (специецизм) – все это различные проявления потребности сохранить дистанцию, потребности, которую мы можем коротко и вполне оправданно обозначить словом «ксенофобия». [прим. пер.: подробней о генезисе человека см. фундаментальный труд П.М. Хомякова «Свои и чужие: драма идей» М.: Полиграфист, 2003.]


9

«Любовь к ближнему вместо любви к дальнему» может быть рациональной. Фотографии родителей, которые делают дети, фотографии детей, которые делают родители, фотографии супругов – бережное, трепетное отношение к реликвиям подобного рода может быть полезным не только в рамках одной отдельно взятой семьи, но и в рамках той общности, которую эти семьи образуют – в рамках народа. Соответственно изображения представителей собственного народа, представителей собственной расы или религиозной общины могут иметь ценность для всего человечества. Во всяком случае, до тех пор, пока эти изображения служат заботливому обустройству собственного очага, а не становятся способом проникновения в чужую среду обитания. Итак: группизмы – это не всегда плохо.


10

С точки зрения иудаизма, народ – это общность, сплоченная происхождением, общность, противопоставившая себя остальным народам по признаку своей богоизбранности. И даже если понятие расы не имеет к евреям никакого отношения, следует признать: иудейское представление об избранности является по сути своей глубоко расистским, ибо оно соответствует тому образу мышления, который антирасисты вынуждены отвергать как «расистский». Вот почему последовательный антирасизм неизбежно приводит к тому, что принято классифицировать как антисемитизм. В то же время, осмысленное отношение к расизму защищает от антисемитизма.


11

Объединение форм жизни в разнообразные и неравные сообщества, главной задачей которых является продолжение себя во времени и пространстве (размножение) имеет большое биологическое значение, так как каждое из таких объединений представляет собой ответ жизни, который она дает на постоянно изменяющиеся условия среды обитания своих форм. Если бы жизнь на нашей планете была представлена всего одним видом, исчезновение этого вида означало бы исчезновение жизни с лица земли. Если вид представлен всего одной расой, исчезновение этой расы равносильно исчезновению целого вида.


12

Известная формула «многообразие – гарантия будущего» действенна не только для лесов и морей, но и для человечества в целом: образно выражаясь, человечество, которое движется в будущее флотилией, состоящей из множества кораблей, имеет больше шансов выжить, чем человечество, которое оказалось на борту одного единственного корабля-гиганта (Иренеус Айбль-Айбесфельдт [Irenaeus Eibl-Eibesfeldt]). Однородное, гомогенизированное человечество «ставит все на одну карту». Человечество, подразделенное на различные расы, народы, религии и культуры, которые, в свою очередь, оперируют в различных сферах влияния и экономических пространствах, всегда имеет в запасе дополнительные аргументы на случай непредвиденных обстоятельств. Возможно человек – это ошибка эволюции, а возможно и нет. Возможно белый человек (и цивилизация белых людей) – это тупик эволюции, а наиболее реальные шансы выжить в следующем тысячелетии имеют австралийские аборигены и бушмены Африки. При условии, что они не будут поглощены белой и черной расой. Этого сегодня не знает никто.


13

Обе первоочередные задачи, которые ставит перед нами жизнь – а это стремление к выживанию и сохранению собственного вида – могут быть дополнены третьей: стремлением к отмежеванию. Разграничение – условие многообразия, вот почему наши установки, в основе которых лежит стремление к отмежеванию, эмоционально не так сильны как, например, чувство голода (задача биологического выживания) или половое влечение (задача продолжения рода). Стремление к отмежеванию по силе эмоционального накала можно сравнить с чувством ревности, честолюбием, жаждой накопительства. Такое допущение объясняет многочисленные неудачи тех доброхотов, которые пытаются «исправить» человека, отучая его от ксенофобии.


14

Так же, как симпатия и любовь ведут к биологически обоснованному сближению, страх и неприятие чуждого ведут к биологически обоснованному размежеванию. Если заставлять человека жить вопреки своей природе, это в конечном итоге приведет к росту числа актов насилия. Это утверждение в особенности верно по отношению к «отвратительной» ксенофобии. Если ксенофобия не служит защите либо восстановлению дистанции, возрастает опасность различных эксцессов вплоть до геноцида целых народов.


15

Как бы мы не относились к понятию расы, в масштабах всей планеты неоспоримым остается следующий факт: жизнь сообществ, исповедующих смешение рас, отмечена – если сравнивать их с этнически однородными сообществами национальных государств – высоким уровнем преступности и вопиющими социальными контрастами. Очевидно, что неродственность и неоднородность элементов, которая видна даже невооруженным глазом, затрудняет сглаживание социального неравенства между ними и отказ от насилия.


16

Для оценки человеческих поступков важно знать, насколько продолжительны во времени последствия того или иного действия, равно как и количество времени, необходимое для исправления допущенных ошибок. Правовые системы в том виде, в котором они образуют основу т.н. «конституционного патриотизма», возникают в течение лет; нации в том виде, в котором они образуют основу национализма, возникают в течение столетий; расы в том виде, в котором они образуют основу расизма, складываются в течение десятков тысяч лет. Продолжая эту мысль, можно утверждать, что на устранение ущерба от ликвидации правовой системы уйдут годы, от ликвидации народов – столетия, от ликвидации рас – десятки тысяч лет.


17

Расизм включает в себя противоречивые, а подчас и диаметрально противоположные составляющие. Вот почему во избежание терминологической путаницы представляется необходимым разграничить некоторые из них, как-то: агрессивный расизм эксплуататоров и охранный расизм тех, кто стремится сохранить собственное тождество путем отмежевания от всего чужеродного. Расизм первого типа направлен на оболванивание и обман иных рас. В наиболее неприглядной форме он проявил себя в годы становления, к примеру, Соединенных Штатов: факты торговли людьми иной расы, уничтожение индейцев и проч. общеизвестны. В наши дни в завуалированной форме этот тип расизма проявляется в сфере торговых отношений между «белыми» (индустриально развитыми) и «цветными» (аграрными) государствами. Расизм второго типа направлен на установление и сохранение естественных перегородок между расами. Его крайние формы: уничтожение и насильственное переселение представителей иных рас. Нежелание делить собственную землю (или даже семью) с представителями иных рас можно классифицировать как мягкую форму этого типа расизма.


18

Говоря о текущей дискуссии по вопросам иммиграции, следует помнить, что речь идет не о приятии или неприятии расизма как такового, но о противопоставлении двух типов расизма, которые были упомянуты выше: мы в состоянии отмежеваться и решить назревшие проблемы собственными силами. Для этого экономическая система и система социального обеспечения в нашей стране должны быть приспособлены к нуждам стареющего и сокращающегося коренного населения. Это была бы услуга человечеству, которую мы – к счастью! – все еще можем ему оказать. Разумеется, проводя избирательную иммиграционную политику, направленную на привлечение работоспособных элит других народов, мы могли бы переложить издержки нашего демографического кризиса и высокого уровня жизни на плечи других. Как бы то ни было: когда через несколько поколений человечество (а о наметившейся тенденции, которую с точки зрения экологии можно расценить как весьма желательную) в общей своей массе состарится и сократится, с необходимостью решать означенную проблему мы столкнемся уже на глобальном уровне. Это значит, что для оздоровления системы социального обеспечения человечеству придется приглашать инопланетян.


19

В целом можно утверждать следующее: сегментация на относительно изолированные друг от друга сообщества-симбионты позволит человечеству искать и своевременно находить решения тех проблем, которые готовит нам будущее. Народы в состоянии учиться друг у друга, пока каждый из них идет своим собственным путем. Глобализация вредит способности человека к обучению.


20

Также любая революция, любой социализм представляют собой путь, ведущий в неизвестность. Во время национальной революции или при национальном социализме по новому, еще неизведанному пути идет одна нация. Во время мировой революции или при интернациональном социализме по неизведанному пути идет уже все человечество. Мондиализм заменяет эксперименты отдельных народов одним глобальным экспериментом всего человечества, и опасность неудачи одного народа крахом всего человечества.


21

Расизм может становиться причиной насилия. Вот почему запрещать любой из вышеупомянутых типов расизма так же бессмысленно, как бессмысленно запрещать сексуальность из-за того, что существуют сексуальные расстройства и преступления на этой почве, или запрещать частную собственность на том основании, что в мире существуют грабители и ограбления. В то же время представляется разумным соблюдение таких правил человеческого общежития, которые подразумевают соблюдение элементарных правил расового размежевания, которые призваны сохранять чистоту и здоровье народов, которые направлены на предотвращение возможных конфликтов между ними. Размежевание создает предпосылки для возникновения национального государства, которое, в свою очередь, есть лучший гарант создания социального государства. И, прежде всего: размежевание обеспечивает и гарантирует многообразие и конкурентоспособность человека в будущем.


22

Какую роль  наряду с прочими различиями в этом сыграет многообразие генных пулов, сегодня вряд ли кто-то может предсказать. Вполне возможно, что культурные и цивилизационные различия важнее, чем различия генетического порядка. При этом совершенно очевидно, что генетическая дифференциация – это своего рода точка кристаллизации, а возможно и причина возникновения культурных и цивилизационных различий. Веские доводы свидетельствует в пользу того, что упразднение структурированных генетических различий (проще: рас) в значительной мере снижает способность человечества к выживанию. Поэтому сегрегация по признаку генетических или, говоря проще, расовых различий, служит интересам выживания всего человечества.

Перевод с нем.: Петр Кузьмичев


Мнение автора сайта не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов!


Статья опубликована в журнале: Nation und Europa 7/8 05, а также в «Mars Ultor 2006 (Туле-Семинар, др. Пьер Кребс).
Статья на немецком языке: 22 Thesen zum Rassismus (Dr. Holger Schleip)

Наверх

 


Поиск на сайте:





Новости сайта "Велесова Слобода"
Подписаться письмом


Поделиться:

Индекс цитирования - Велесова Слобода Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Рейтинг Славянских Сайтов